Е.Е. Соколова. Проблема соотношения житейской и научной психологии: Psychology OnLine.Net

Е.Е. Соколова. Проблема соотношения житейской и научной психологии

Е.Е. Соколова. Проблема соотношения житейской и научной психологии
Добавлено
10.10.2008

Житейская и научная психология различаются по ряду основа­ний1.

1. Субъектом житейского психологического познания может быть любой человек, которому необходимо для каких-то целей учиты­вать психологию другого человека или свою собственную. Совсем маленький ребенок, например, быстро распознает, в каком на­строении находится его мама и стоит ли сейчас к ней приставать со своими проблемами. Взрослый человек в той или иной форме также учитывает психологию окружающих людей («Моя свекровь по утрам ужасно раздражительна, и лучше с ней на кухне не встре­чаться») и что-то может сказать и о своих психологических осо­бенностях («У меня мягкий характер»). Мы говорим также о том, что прекрасными психологами являются выдающиеся писатели, актеры, режиссеры и т. п. К сожалению, многие криминальные личности также весьма хорошо разбираются в человеческой пси­хологии и пользуются нашими слабостями с целью получения выгоды для себя.

Субъектом же научного познания изучаемой в психологиче­ской науке реальности может быть как отдельный представитель научного сообщества, так и само научное сообщество в целом. Поэтому так важно для любой науки — и тем более психологии — знание закономерностей жизни различных научных сообществ, одной из типичных форм которых является научная школа.

2. Объектом познания житейского психолога выступают, как правило, другие люди и он сам в повседневных ситуациях обще­ния. Поэтому получаемые в них знания заведомо ограничены эти­ми обыденными условиями и привычными объектами. Когда жи­тейский психолог оказывается в каких-либо экстремальных ситу­ациях, он с удивлением обнаруживает, что ничего не знал ни о себе, ни о других людях, потому что теперь они ведут себя как-то иначе (неслучайно народная мудрость утверждает, что «друзья познаются в беде»). Или, скажем, житейский психолог никогда не сталкивался с психически больным человеком, и поэтому ни­какой житейский опыт не поможет ему в практической работе в клинике. Напротив, обучение научной психологии предполагает знакомство с поведением людей (в том числе с отклонениями в развитии) в самых различных, в том числе экстремальных, ситу­ациях, и не только людей, но и обладающих психикой животных. При этом в научной психологии объектом исследования выступа­ют также тексты различного рода, представляющие собой «сле­ды» деятельности человека, объективированную форму существо­вания его мыслей, чувств и т.п. (мемуары, письма, созданные человеком литературные тексты, картины и т.п.). Овладевая мето­дами научной психологии, человек получает возможность приоб­рести знания о любом объекте психологических исследований.

3. Соответственно различаются и методы получения знаний в житейской и научной психологии. Житейский психолог может для решения своих задач использовать самонаблюдение и наблюдение за поведением других людей. Решая задачи научной психологии, профессиональные психологи не ограничиваются этими метода­ми, а используют также различные виды психологического экс­перимента, изучение продуктов деятельности человека и другие методы, о которых мы поговорим ниже.

4. Используя наблюдение и самонаблюдение, житейский пси­холог приходит к соответствующим обобщениям полученного опыта, выраженным в форме так называемых житейских понятий. Они конкретны и ситуативны, нечетко определены и не связаны в систему, более того, в житейских обобщениях могут уживаться друг с другом прямо противоположные истины, и житейский пси­холог это не всегда замечает (те же пословицы русского народа фиксируют эту противоречивость житейского познания: «Без тру­да не вытащишь и рыбку из пруда», «Терпенье и труд все пере­трут» — и «Работа не волк, в лес не убежит»). Житейский психо­лог может попытаться использовать созданное в собственном опыте обобщение в других ситуациях — и потерпит крах. Так, например, подросток, имея опыт общения с собственными родителями, на которых он обычно «давил» и получал желаемое, может посове­товать другу сделать то же самое, а когда друг, испробовав пред­ложенный способ, поделится с ним своей неудачей, подросток может очень удивиться: почему же не получилось? А потому, что созданное подростком обобщение изначально ограничено имею­щимся у него опытом и его перенос в другие, отличные от исход-1 ной, ситуации весьма ограничен или вообще невозможен.

Напротив, научно-психологические знания в идеале представ­лены в виде более или менее единой системы научных понятий, отличающихся более строгим и более высоким по уровню обоб­щением не только опыта знакомых данному психологу конкрет­ных ситуаций, но и опыта работы других психологов. И поэтому, работая, например, в семейной консультации, профессиональ­ный психолог-практик никогда не даст своему клиенту конкрет­ный совет, который уже однажды привел к успеху, — он прежде всего проанализирует ситуацию и выделит то существенное в ней, которое либо оправдывает использование данного приема, либо запрещает его использование и дает основание применить что-то еше (ведь психолог владеет знаниями о психологических законах, которые в реальных конкретных ситуациях могут проявляться прямо противоположным образом в зависимости от условий). Не всегда, конечно, научно-психологическое познание в реальности отвеча­ет требованию создания системы собственно научных понятий (в силу специфики предмета и исторического пути психологии в ней много еще житейских или близких к ним понятий), однако стре­миться к решению данной задачи необходимо. Л. С. Выготский как методолог психологической науки всегда высоко оценивал собствен­но понятийную работу в психологии, потому что понятия — это не слова, это обобщенные способы познания мира и управления им.

5. Знания житейского психолога отличаются от собственно на­учных понятий не только уровнем обобщения — они более субъек­тивны, пронизаны эмоциональным отношением к познаваемому; при этом человек в обыденной жизни, как правило, не задается вопро­сом, как именно получил он то или иное знание (чаще всего это происходит интуитивно). Напротив, научная психология всегда стре­мится к строго рациональному познанию изучаемой реальности (от­давая себе отчет в том, насколько это сложно именно в психологии) и постоянно обсуждает принципы и методы научного познания.

6. Наконец, полученное в житейской психологии знание прак­тически невозможно передать другому человеку как раз в силу его интуитивности, эмоциональности и видимой несистемности (мож­но, впрочем, что-то извлечь из опыта хорошего житейского психо­лога, долго находясь рядом с ним, присматриваясь к используе­мым им приемам и т.п.). Напротив, для системы научно-психоло­гического познания характерно постоянное стремление к упорядо­чиванию полученных знаний и методов их постижения и создания способов трансляции (передачи) этих знаний новым поколениям исследователей. Это происходит разными способами, главным из которых является организация специального обучения психологи­ческим дисциплинам в соответствующих учебных заведениях. Здесь уже требуется профессиональная работа преподавателей психоло­гии, которая также имеет свои особенности (не всегда исследова­тель может быть хорошим преподавателем и наоборот). Тем не ме нее эти две сферы работы профессиональных психологов (исследо вание и преподавание) связаны друг с другом не менее тесно, чем психологическая наука и практика. Однако рассмотрение их соот­ношения выходит за рамки курса «Введение в психологию».



1. При подготовке данного текста использованы некоторые материалы из книги Б. Гиппенрейтер «Введение в общую психологию» [22].




Описание Отрывок из учебника "Общая психология" под ред. Б.С. Братуся / Т.1 Соколова Е.Е. Введение в психологию. 2-е издание. М., 2007. С. 55-57.
Рейтинг
5/5 на основе 1 голосов. Медианный рейтинг 5.
Просмотры 15480 просмотров. В среднем 3 просмотров в день.
Похожие статьи