Р. Вудвортс. Отвлечение внимания

Р. Вудвортс. Отвлечение внимания
Добавлено
08.07.2007 (Правка 08.07.2007)

Принцип экспериментов на отвлечение внимания прост: во время выполнения назначенной задачи вводятся не относящиеся к делу раздражители, «дистракторы», и наблюдается, не нарушается ли в каких-нибудь отношениях исполнение. Испытуемый может быть предупрежден заранее, чтобы не обращать внимания на эти отвлекающие раздражители, или же они могут быть предъявлены ему неожиданно. В обоих случаях он скоро убеждается, что ему ничего не остается делать с этими раздражителями, кроме как пренебречь ими. Экспериментатор старается отвлечь внимание испытуемого, испытуемый же старается не отвлекаться.

Отвлекающие раздражители не должны быть такими, чтобы обязательно препятствовать исполнению. Если, например, задача состоит в сравнении двух тонов, то посторонние звуки станут более чем отвлекающими раздражителями, поскольку они будут маскировать тоны. В таком случае могут быть применены зрительные раздражители.

У молодых людей результат этих экспериментов обычно таков: раздражители не отвлекают их внимания, за исключением, может быть, короткого времени, пока испытуемый не приспособился к ситуации. Убедительным экспериментом такого рода является эксперимент Гови (1928). Класс второкурсников колледжа был разбит на две одинаковые группы для выполнения определенного задания. 6 недель спустя контрольная группа выполняла это же задание в другой форме при нормальных условиях, в то время как экспериментальная группа выполняла его при условиях слухового и зрительного отвлечения. Из разных частей комнаты попеременно звонили 7 электрических звонков различных тонов; кроме того, здесь было 4 мощных гудка, 2 органные трубы и 3 свистка, циркулярная пила, включавшаяся время от времени, и фонограф, играющий веселую музыку. У задней стены зала непрерывно то здесь, то там вспыхивали прожекторы, свет которых, правда, не был направлен в глаза испытуемых, а помощники экспериментатора, непривычно и кричаще одетые, входили, неся странные части аппаратов. Условия для экспериментальной группы были неблагоприятными и утомительными, но на выполняемое задание они подействовали мало. Они выполняли его почти так же, как и их товарищи в контрольной группе. В результате две группы, условия которых были одинаковы в первом испытании, имели во втором испытании следующие показатели:

Контрольная группа, работавшая при нормальных условиях: 137,6;

Экспериментальная группа, работавшая при отвлечении: 133,9;

Очевидная потеря вследствие отвлечения: 3,7.

Будет ли данному испытуемому способствовать или мешать такой, например, отвлекающий фактор, как танцевальная музыка, может зависеть от его собственной установки. Если он склонен верить, что музыка облегчит его работу, он, вероятно, обнаружит улучшение результатов и их ухудшение, если ему внушено противоположное убеждение (Беккер, 1937).

Как преодолевается отвлечение. Приемлемым было бы следующее предположение: для преодоления отвлечения в работу должно быть вложено больше энергии. Морган (1916) проверял эту гипотезу, регистрируя силу движений пальцев испытуемых при выполнении задачи, в известной мере напоминающей машинопись. Испытуемый работал на 10 нумерованных клавишах. Аппарат предъявлял отдельные буквы, которые испытуемый переводил на числа соответственно коду. Испытуемый нажимал на клавишу, помеченную этой цифрой, и аппарат немедленно экспонировал другую букву для кодирования и нажатия и т. д. Испытуемому было неизвестно, что сила, с которой он ударяет по клавише, регистрировалась. Пневмограф у его грудной клетки регистрировал дыхание. Испытуемый был один в комнате, но экспериментатор наблюдал его поведение через глазок. Некоторое время испытуемый работал в полной тишине, а затем со всех сторон начинали звучать звонки, гудки и фонограф. Действие отвлекающих факторов продолжалось в течение 10 мин. и сменялось 10 мин. тишины. Более 20 испытуемых прошли через этот эксперимент с результатами, которые различались в деталях, но согласовывались в следующих имеющих важное значение отношениях:

1. Имея первоначально лишь небольшой предварительный опыт в исполнении задания, испытуемый в течение эксперимента показы вал прогрессивное совершенствование.

2. Когда начинался шум, наблюдалось некоторое замедление работы.

3. В течение очень немногих минут испытуемый восстанавливал свою прежнюю скорость и продолжал дальнейшее совершенствование.

4. Когда шум прекращался, не только не наблюдалось немедленного улучшения, но часто имел место даже внезапный срыв. Прекращение шума, к которому испытуемый уже приспособился, действовало как отвлекающий фактор.

5. Когда устанавливалась тишина, наблюдалось дальнейшее совершенствование исполнения.

6. Сила, с которой испытуемый ударял клавишу, убывала в течение первого периода тишины, резко возрастала в начале шума, оставалась во время шума постоянной и падала по прекращении шума.

7. Запись дыхания, а также наблюдения экспериментатора через глазок показали речевую активность части испытуемых, особенно во время шума. Цифры и буквы, с которыми он имел дело, часто выговаривались вслух.

Мы видим здесь настоящее преодоление отвлечения одновременно с возрастанием мускульной энергии, вкладываемой в работу. Вероятно, включение дополнительной мускульной энергии в деятельность (в этом случае - движение пальцев), совершаемое при отвлечении, происходит почти бессознательно. Выговаривание цифр и букв было менее бессознательным. Оно более похоже на средство, используемое испытуемым в целях поддержания нарушаемой деятельности. Таким же образом человек может молча складывать столбцы чисел, когда все тихо, но чувствует себя вынужденным выговаривать или шептать числа, если кругом шумно. Однако по вопросу о том, действительно ли добавочная мускульная энергия преодолевает отвлечение и если да, то каким образом, мнения расходятся. Мы считаем, что здесь имеет место конкуренция различных двигательных систем, борющихся за контроль над организмом; большая мускульная активность, по-видимому, доставляет какие-то преимущества.

В приведенной таблице сообщаются данные одного испытуемого, иллюстрирующие все указанные выше пункты. Средние данные других 20 испытуемых показывают те же самые изменения.

Тишина Шум Тишина
Сотня реакций 1 2 3 4 5 6 7 8 9
Время реакций (в сек.) 4,9 4,5 4,1 4,0 4,8 3,6 3,5 3,6 3,4
Нажим пальца (в г.) 293 197 150 115 300 302 235 180 165
Дробь вдыхания (до работы 0,44) 0,34 0,30 0,28 0,28 0,31 0,25 0,23 0,30 0,30

Дробь вдыхания — это время, требующееся на вдох, выраженное как дробь полного цикла дыхания. В тишине вдох занимает 40-45 процентов времени, как показано в таблице; до работы дробь вдыхания была 0,44. При произнесении слов вслух она спускается до 0,16, так как при произнесении звуков воздух расходуется постепенно.

Увидеть, что отвлечение преодолевается путем прибавления добавочной энергии, - это еще не все. Если работа при том же отвлечении продолжается день за днем, вступают в действие вторичные приспособления, и производительность сохраняется при отвлечении без траты лишней энергии. Гармон (1903) измерял затраченную энергию по темпу обмена веществ, определяемому при помощи респираторного аппарата.

Работа заключалась в сложении, а отвлекающим фактором была фонографическая запись, сделанная в шумном учреждении. В течение первых нескольких дней темп обмена был большим во время шума, но примерно через 7 дней работы при одинаковом отвлечении по 20 мин. в день темп обмена был одинаков и во время шума, и в тишине.

Отвлечения, которые не преодолеваются. В таких экспериментах, как только что описанный, испытуемый старался не отвлекаться и готов был прилагать всю энергию, необходимую для работы. Однако в повседневной жизни направленность на работу часто бывает не так сильна. Новый раздражитель пробуждает любопытство, и некоторое время затрачивается на ориентировку, как, например, у собак акад. И. П. Павлова, отвечающих на отвлекающие раздражители «ориентировочным рефлексом» и временно теряющих свои условные рефлексы. В эксперименте все, что делает экспериментатор, является частью «дела», в то время как в обычной жизни подобное отвлечение могло бы рассердить, а гнев представляет собой большее отвлечение, чем шум. К тому же внутренний интерес к звонку и гудку и даже ко многим фонографическим записям очень невелик; возможно, что что-либо более интересное может действительно отвлечь.

Исходя из этого соображения, Вебер (1929) применил в качестве отвлекающих факторов хорошую музыку и забавные анекдоты; чтобы избежать адаптации, он давал задачи, требующие одной или двух минут интенсивной мыслительной деятельности: сложение, вычитание, запоминание, определение, извлечение корня. Все 16 испытуемых показали уменьшение производительности (10—50 процентов), и в отчете о своих субъективных ощущениях все они сообщили, что были в это время отвлечены. Иногда отвлекающие факторы были только более или менее мешающим фоном, но иногда они врывались в сознание и настолько завладевали им, что испытуемый забывал свою работу и отдавался музыке или рассказу. В другие моменты музыкальный фон ощущался как облегчающий работу.

Субъективное переживание преодоления отвлечений внимания состояло, как сообщали испытуемые Вебера, либо в отстранении отвлекающих факторов, либо в положительном сосредоточении на работе. Отвлечение могло быть иногда преодолено путем третирования, как не имеющее значения и нелепое, если даже оно было привлекательно само по себе, и путем старания не замечать смысла рассказа и хода музыки. Некоторые испытуемые рассказывали об особом роде «внутреннего закрывания» одного уха и исключении, таким образом, раздражителя. Положительное сосредоточение состояло иногда в увеличении темпа или интенсивности работы, иногда в думании вслух. Видимое поведение испытуемого во время отвлечения, как отмечалось экспериментатором, включало: 1) общее возрастание мускульного напряжения; 2) возрастание энергии рабочих движений: громкая речь, сильные движения рук, глаза, прикованные к работе или устремленные в пространство, поза сосредоточенности (наклонение туловища вперед и сжимание головы руками); 3) оборонительные движения: встряхивание головой, закрывание глаз, прикрывание глаз руками, движения плечами, отворачивание лица в сторону. Эти оборонительные движения были иногда очень сильны. Испытуемый расходовал свою энергию на преодоление отвлечения внимания и не бросал работы. Некоторые испытуемые впадали в состояние временного нервного беспокойства, в котором они не могли работать, или в состояние опустошения и полной заторможенности.

Острота ощущений в зависимости от внимания и отвлечения. При направлении внимания непосредственно на раздражитель можно ожидать лучшего восприятия слабых раздражителей и более низких порогов ощущения, чем в других условиях. Результаты различных экспериментов, проводившихся по этой общей проблеме, расходились, вероятно, потому, что испытуемые иногда действительно отвлекались, а иногда сильно возбуждались отвлекающим раздражителем. Условия в эксперименте Невола (1923) свободны от этой двойственности, потому что он применял не отвлекающие раздражители, а изменял условия при помощи предупреждающих сигналов, вроде тех, которыми пользовались при измерении времени реакции, меняя, таким образом, готовность к восприятию слабых тактильных раздражений. Иногда сигнал о готовности не подавался; в этом случае испытуемый был менее всего готов к восприятию раздражения. Иногда этот сигнал на 1,7 сек. предшествовал действию раздражителя, а иногда испытуемый мог знать точно, когда будет дано слабое тактильное раздражение, наблюдая движущуюся стрелку, которая достигала определенной метки как раз в тот момент, когда предъявлялось тактильное раздражение. Этим тактильным раздражением было слабое нажатие на палец. Приблизительно в половине проб нажатий не делалось. Задачей испытуемого было отвечать, был ли дан раздражитель или нет. Скомбинировав данные от двух испытуемых, мы получили таблицу, ясно показывающую, что чем больше готовность (внимание), тем лучше ощущение. Чем ближе от сигнала готовности к моменту воздействия раздражителем, тем лучше различение между слабым раздражителем и отсутствием раздражения. Сходные результаты были получены со слабыми зрительными раздражителями.





Описание Принцип экспериментов на отвлечение внимания прост: во время выполнения назначенной задачи вводятся не относящиеся к делу раздражители, «дистракторы», и наблюдается, не нарушается ли в каких-нибудь отношениях исполнение. Испытуемый может быть предупрежден заранее, чтобы не обращать внимания на эти отвлекающие раздражители, или же они могут быть предъявлены ему неожиданно. В обоих случаях он скоро убеждается, что ему ничего не остается делать с этими раздражителями, кроме как пренебречь ими. Экспериментатор старается отвлечь внимание испытуемого, испытуемый же старается не отвлекаться.
Рейтинг
4.57/5 на основе 7 голосов. Медианный рейтинг .
Просмотры 6931 просмотров. В среднем 2 просмотров в день.
Похожие статьи