Концентрация внимания является общей характеристикой ряда субъективно значимых состояний сознания и, более того, служит необходимым условием их достижения. Сюда относят состояния по-этического и артистического вдохновения, эстетического наслаждения и восторга, медитации, сердечной молитвы, мистического экстаза, любовного томления, абсорбции, гипнотического транса, пиковых и рекордных переживаний, идентификации и эмпатии. Яркие описания и высокие оценки этих состояний можно найти в философской, искусствоведческой, художественной, автобиографической и религиозной литературе. Научное исследование состояний такого рода тормозится трудностями методического характера, нерешенностью многих вопросов общей психологии и, в частности, проблемы внимания.

Начиная с 60-х годов интерес к этой области субъективного опыта человека и число соответствующих исследований неуклонно возрастают. В странах, где проблемы материального плана в основном решены, перед научной психологией поставили новую практическую задачу - повышение качества жизни в аспектах сознания и самосознания индивида. Этому заказу отвечают, среди прочих, уже получившие широкую известность, признание и поддержку специалистов-практиков, исследования интернациональной группы психологов, которую возглавляет американец Михай Чиксентмихайи (Csikszentmihalyi, 1975; Csikszentmihalyi, Selega-Csikszentmihalyi, 1988; Csikszentmihalyi, 1990). Исходным и центральным объектом этих исследований стал известный феномен поглощенности деятельностью; в плане же общепринятой предметной классификации результаты и выводы этих работ обычно приводят в разделах, посвященных теориям внутренней мотивации (напр., Хекхаузен, 1986). В настоящем приложении мы остановимся, преимущественно, на материалах, непосредственно связанных с психологией внимания.

Отправным пунктом исследований М. Чиксентмихайи послужили личные наблюдения за работой художников и скульпторов. Его поразил следующий факт: художник, работавший увлеченно и самозабвенно в течение многих часов над картиной, которая ему несомненно удалась, мог забросить свое творение в дальний угол мастерской и даже не пытался выставить его на продажу или публичное обозрение. В этом и множестве других подобных случаев вознаграждение заключалось в самой деятельности, а не в заработке или социальном признании.

Что же движет художником в этой ситуации? Ответы, найденные в психоаналитической, необихевиористской и гуманистической литературе, обсуждавшей сходные феномены, показались М. Чиксентмихайи неубедительными. Он предположил, что причину следует искать не в глубинах бессознательного, не в особенностях стимульного окружения и не в потребности самоактуализации, а в сфере непосредственных сознательных переживаний, возникающих по ходу деятельности. Наградой человеку служит особого рода наслаждение (enjoyment^*). Совокупность переживаний, которые сопровождают и, одновременно, мотивируют деятельность, непрерывно подталкивая субъекта на ее возобновление и продолжение независимо от внешних подкреплений, получила название аутотелического (несущего цель в самом себе) опыта.

М. Чиксентмихайи поставил задачу описания этого опыта и анализа условий его возникновения. Первоначальный материал был собран путем интервью и опроса около двухсот человек, предположительно знакомых с опытом аутотелической деятельности (художников, скульпторов, танцоров, скалолазов, композиторов, хирургов, шахматистов, баскетболистов, ученых и др.). Опрашиваемые (респонденты) нередко говорили о потоке (flow), в который они как бы погружены. В качестве примера автор приводит следующий фрагмент интервью с молодым поэтом, альпинистом-любителем:

М. Чиксентмихайи стал использовать слово "поток" в качестве термина, обозначающего аутотелический опыт в целом. Он пишет:

На основании анализа полученного материала были выделены следующие универсальные характеристики потока: слияние действия и осознания, сосредоточение внимания на ограниченном поле стимулов, потеря эго или выход за его пределы, чувство власти и компетентности, ясные цели и быстрые обратные связи, аутотелическая природа. Длительная, не требующая усилий фокусировка внимания занимает в этом списке особое, ключевое место, поскольку определяет, в конечном итоге, все прочие аспекты аутотелического опыта. О предельной концентрации внимания говорило подавляющее большинство респондентов. Приведем несколько примеров соответствующих заявлений представителей разных групп:

Как видно из этих высказываний, в состоянии потока сознание человека резко сужено. Все мысли заняты и как бы растворены в выполняемых действиях. Негативные чувства и настроения, прошлые огорчения и заботы о будущем, которые в иное время дают о себе знать или непрерывно крутятся на периферии сознания, напрочь забываются. Поэтому некоторые респонденты сравнивали эффект потока с результатами психотерапии. Концентрация внимания приводила также к изменению восприятия окружающего мира и нарушению чувства времени.

Анализ сообщений и ответов респондентов показал, что основным условием возникновения потока является соответствие требований ситуации умениям субъекта. В любой момент времени человек осознает определенный ограниченный круг возможностей деятельности и, вместе с тем, свои умения, то есть способность реализовать эти возможности и справиться с вызовами данной ситуации. Состояние тревоги возникает в тех случаях, когда субъект завален требованиями, чувствуя при этом, что не сможет их удовлетворить. Если же требования к действию не столь велики, но все же превышают его способности, то он испытывает беспокойство. Состояние потока переживается при условии равенства воспринимаемых требований и способностей. Когда умения субъекта несколько выше возможностей их применения, то наступает состояние скуки. Оно переходит в состояние тревоги, если способности человека очень велики, а возможности для соответствующих действий незначительны. М. Чиксентмихайи подчеркивает, что речь идет именно о воспринимаемых требованиях и умениях. В состоянии потока ситуация переживается субъектом как проблематичная, бросающая ему определенный вызов и, в то же время, как разрешимая, поскольку он знает, что располагает необходимыми силами и умениями. Источник аутотелического опыта лежит поэтому не в самом субъекте и не в ситуации или задаче, а во взаимодействии субъекта с окружением. Иногда скучной может быть самая щедрая на развлечения игровая деятельность (напр., игра п карты) и, напротив, деятельность рутинная (напр., работа на кон-вейере) может принести наслаждение. Аутотелической может стать любая деятельность. И здесь вновь вниманию отводится решающая роль. Согласование требований и умений обеспечивается работой внимания. Эту идею в полной мере и на обширном эмпирическом материале разработала Дж. Гамильтон (Hamilton, 1981).

Она считает, что аффективное измерение опыта можно представить в виде континуума настроений, ограниченного, с одной стороны, отрицательным полюсом скуки и, с другой стороны, положительным полюсом всепоглощающего интереса. Содержание опыта определяется процессами переработки информации, при этом общее строение и процессы системы переработки не рассматриваются. Автор говорит об информационном потоке, характеризуя его по типу, количеству и вариабельности перерабатываемой информации. Внимание регулирует актуальный поток информации путем селективного усиления и торможения внешних и внутренних входов. Эти представления Дж. Гамильтон формулирует, ссылаясь на модель М. Эрдели (см. гл. 2, с. 97). Кроме того, она опирается на работы, указывающие на связь информационного потока с характеристиками и содержанием опыта сознания и самосознания. Среди них особое влияние на нее оказало теоретическое исследование А. Блюменталя, который попытался соединить классические представления о внимании и структуре сознания с идеями современных теорий переработки информации (Blumenthal, 1977). И, наконец, в качестве третьего основного источника автор использует общие положения теорий ограниченных ре-сурсов внимания Д. Канемана, Д. Гофера и Д. Навона.

Дж. Гамильтон выделяет три класса механизмов внимательной регуляции - биологический, поведенческий и когнитивный. К биологическим регуляторам относятся, например, процессы привыкания и сенсибилизации, обусловленные изменением уровня корковой активации; к поведенческим - приближение или удаление от источника стимуляции, поисковое поведение и к когнитивным - фантазия, анализ и синтез поступающей информации.

Механизмы внимательной регуляции подгоняют актуальный поток информации к оптимальному, и в результате человек испытывает положительные эмоции - чувство интереса и наслаждения деятельностью. Параметры оптимальной установки потока информации не являются жестко фиксированными и определяются не только ус-тойчивыми предпочтениями и наклонностями субъекта, но и его текущими выборами и состояниями, системой правил и предписаний, особенностями данной ситуации.

Работа внимательных регуляторов требует расхода умственного усилия, объем которого ограничен. Каждый индивид располагает определенным набором регуляторов и развитыми в той или иной степени умениями и навыками их использования. Некоторые люди для перехода в оптимальное состояние затрачивают меньше усилий и могут регулировать информационный поток в разнообразных ситуациях и при решении различных, даже рутинных задач. Например, кассир ритмично нажимает на клавиши кассового аппарата, как бы играя на музыкальном инструменте.

Широкое и гибкое использование внимательных регуляторов характеризует так называемую аутотелическую личность. Такие субъекты даже в условиях изоляции (тюремное заключение, полярные и спелеологические экспедиции и т.п.) способны к переживаниям аутотелического опыта. Основную функцию регуляции информационного потока в этих случаях выполняют механизмы когнитивного переструктурирования. Менее адаптивной, а иногда и вредной, оказывается опора на биологические и поведенческие регуляторы. Так, некоторые подростки достигают оптимального информационного потока путем быстрого вождения мотоцикла, слушания громкой, ритмичной музыки, приема алкоголя или наркотиков.

Линия анализа влияний внимания на эмоциональную сферу человека, к сожалению, не получила дальнейшего продолжения. Изучение феномена поглощенности деятельностью пошло по экстенсивному пути кросскультурных сравнений и исследования переживаний потока в повседневной жизни, а учебной и профессиональной деятельности. Полученные данные говорят о том, что явление потока не уникально, а его характеристики универсальны. Поток обнаружен у представителей разных культур, социальных и возрастных групп. М. Чиксентмихайи считает это переживание основным, первичным двигателем индивидуального развития и общественного прогресса. Так, он пишет:

Новые данные потребовали уточнения и развития объяснительной модели потока (Massimini, Carli, 1988). Однако представления о природе внимания и его роли в процессах порождения этого опыта не изменились. Раскрывая свой взгляд на внимание, М. Чиксентмихайи по-прежнему ограничивается ссылками на его селективную функцию и на метафору недостаточных ресурсов психической энергии.

Метафорическая и как следствие чрезмерно широкая и неопределенная трактовка внимания как ограниченного резервуара психической энергии наводит автора на ряд рискованных обобщений, используемых для объяснения явлений социальной и культурной жизни. Понятие внимания выступает здесь в качестве "одной прислуги за все", создавая иллюзию понимания самых разнородных фактов субъективной и объективной действительности. В наиболее яркой и развернутой форме эта позиция была заявлена и выражена в одной из ранних публикаций М. Чиксентмихайи, из которой стоит, в заключение данного приложения, привести несколько цитат: "Способность сосредоточения внимания является наиболее фундаментальным способом уменьшения онтологической тревожности, страха бессилия и несуществования. . . Основные социальные институты - экономика, законодательство, правительство и средства массовой коммуникации - все они являются формализованными структурами внимания. .. Главные вопросы холистической науки о поведении вращаются вокруг одной проблемы: как и куда распределено внимание и кто управляет этим процессом" (Csikszentmihalyi, 1978, с. 344,354,356).

^* Эквивалентного перевода данного термина на русский язык одним словом, по-видимому, не существует. Авторы "Англо-русского синонимического словаря" (М.: Рус. яз., 1988) пишут: "Enjoyment (удовольствие, радость, наслаждение) отличается от всех других синонимов ряда тем, что обозначает не только состояние удовольствия (физического или духовного), но и процесс его получения" (с. 321, курсив авторов).