Р. Мейли. Факторный анализ личности

Р. Мейли. Факторный анализ личности
Добавлено
12.04.2012 (Правка 13.05.2012)

Факторный анализ, разработанный в области психологии способностей, вот уже более двадцати лет интенсивно применяется в психологии личности с целью выявления фундаментальных качеств.

Наиболее ценный систематический вклад в эти исследования внесли Кэттел, Гилфорд и Айзенк. Кэттел (1957) был первым, кто определил основные правила применения этого метода.

Прежде всего мы расскажем об основных принципах этих исследований, затем изложим наиболее важные результаты, после чего перейдем к их обсуждению.

§ 1. Факторная стратегия

А. Анализируемые данные

Известно, что факторный метод заключается в математическом анализе корреляций внутри некоторой группы данных. Первая возникающая методологическая проблема — это проблема анализируемых данных. Каким способом следует получать количественные факты, чтобы из них можно было извлечь фундаментальные факторы личности? В то время как есть все основания полагать, что большинство проявлений интеллекта могут быть зарегистрированы с помощью тестов, очевидно, что в отношении личности дело обстоит несколько иным образом. Принято думать, что следует исходить из результатов непосредственного наблюдения, однако практически это осуществимо далеко не всегда и только в очень ограниченных сферах поведения. Кроме того, надежность получаемых таким образом сведений не слишком велика из-за большой вариабельности наблюдаемых проявлений. В факторных исследованиях до сих пор применялись три вида данных: 1) то, что Кэттел называет L данные, или «факты жизни», получаемые главным образом посредством метода шкал оценок. С помощью последних наблюдатель должен определить, обладает ли испытуемый той или иной чертой. Характер данных зависит от выбора черт, от оценок наблюдателя и от понимания им используемых терминов: 2) вопросники и анкеты, на которые отвечает сам испытуемый; 3) объективные тесты и эксперименты (в весьма ограниченном объеме).

Б. Список черт

Как и Айзенк, Кэттел пытался создать как можно более широкую исходную базу для дальнейших исследований. Приняв гипотезу о том, что в обыденном языке достаточно точно отражаются все аспекты личности, он взял за основу Олпорта и Одберта (1936). Исключив все термины, которые «каждый говорящий на данном языке считает синонимами», Кэттел сократил их список с 4505 до 160 слов, которые он считал «чем-то вроде Basic English для полного описания личности». Чтобы придать списку законченный вид, Кэттел дополнил его 11 терминами из научного словаря, получив, таким образом, в совокупности 171 «описательную переменную». С помощью различных и недостаточно подробно описанных автором методов, включавших в себя как подсчет корреляций, так и учет сходных субъективных суждений, Кэттел образовал 42 «грозди» (clusters) тесно связанных между собой черт, которые он определил как «поверхностные черты».
Вместо анализа по меньшей мере 4505 имеющих наименование черт, которым соответствует значительно большее число поступков, можно, согласно Кэттелу, сосредоточиться в исследовании на этих поверхностных чертах, ничего не теряя при этом в целом. Создается, однако, впечатление, что процедура образования гроздей такова, что поверхностные черты имеют чрезвычайно сложное психологическое содержание, что отнюдь не облегчает факторный анализ. Чтобы читатель смог представить себе более конкретно весь объем черт, лежащих в основе такого анализа, приведем кэттеловский список поверхностных черт.

Список поверхностных черт, по Кэттелу

  1. Уверенность в себе — покорность.
  2. Интеллектуальность, аналитичность — ограниченность, отсутствие воображения.
  3. Зрелость ума — глупость, непоследовательность, подверженность влиянию.
  4. Непостоянство, суетность — рассудительность, стоицизм, сдержанность.
  5. Невротичность — отсутствие невротичности.
  6. Черствость, цинизм — мягкость.
  7. Своевольность, эгоизм — доброта, ненавязчивость, терпимость.
  8. Ригидность, тираничностъ, мстительность — покладистость, дружелюбие.
  9. Злобность, черствость — добросердечие, обходительность.
  10. Деморализованность, аутизм — реализм.
  11. Сильная воля, добросовестность — вялость, непоследовательность, импульсивность.
  12. Интеллектуальность — простота, недисциплинированный ум.
  13. Отсутствие уверенности, инфантильность — зрелость, тактичность.
  14. Асоциальностъ, шизоидность — открытость, идеализм, готовность сотрудничать.
  15. Веселость, энтузиазм, остроумие — ощущение несчастья, разочарованность, неповоротливость.
  16. Активность, нервозность — самообладание, ригидность, конформизм.
  17. Невроз, психопатия — эмоциональная зрелость.
  18. Чрезмерная чувствительность, экспрессивность — флегматичность.
  19. Злость, мелочность — естественность, дружебие, открытость.
  20. Эмоциональность (неадекватная) — неэмоционалъиостъ.
  21. Подъем, экспрессивность, разнообразие интересов — замкнутость, спокойствие, ограниченность.
  22. Доступность, теплота, сентиментальность — замкнутость, холодность, мизантропия.
  23. Ветреность, тщеславие, притворство — заурядность, безыс-кусность.
  24. Агрессивность, параноидальноеть — надежность, добросердечность.
  25. Эстетические интересы, независимость суждений.
  26. Беспокойство, эмоциональность, гипоманиакальностъ — спокойствие, терпимость, скромность.
  27. Инфантильность, эгоцентричностъ — эмоциональная зрелость, устойчивость к фрустрации.
  28. Непостоянство, бесхарактерность, недостаточный реализм — стойкий, цельный характер.
  29. Душевная и физическая сила, бодрость — неврастения.
  30. Предприимчивость, вспыльчивость — заторможенность, робость.
  31. Общительность, пылкость — любовь к уединению, робость.
  32. Меланхолия.
  33. Жесткость, твердость — интроспекция, чувствительность, боязливость.
  34. Воображение, интроспекция, конструктивность — степенность, скупость.
  35. Ловкость, решительность — искренность, мягкость.


Этот список, заимствованный из книги Кэттела (1946, с. 295), не является единственным перечнем поверхностных черт, опубликованных этим автором. Мы приводим его здесь для того, чтобы продемонстрировать характер переменных, охватываемых факторным анализом. Выбранные термины, возможно, не всегда точно соответствуют английским, однако это едва ли существенно по причине их собственной неточности.

В. Идентификация факторов

В принципе факторный анализ должен охватить сразу все черты, чтобы выявить действительно фундаментальные факторы. Ограничивая свой выбор, мы рискуем либо выдвинуть на первое место некоторые частные факторы, специфичные для изучаемых групп черт, либо предопределить характер их интерпретации. И все же даже с помощью современного математического аппарата едва ли можно охватить в одном исследовании более 40—50 переменных. Таким образом, факторный анализ всегда фрагментарен, а факторы, выявленные с его помощью, не могут считаться окончательными.

В этом следует искать истоки и другой важной проблемы факторной стратегии, а именно проблемы сравнения факторов, полученных в различных исследованиях.

Для иллюстрации сходства и расхождения результатов различных исследований мы показываем в табл. 1 степень насыщенности различных черт фактором «циклотимия — шизотимия», полученную в четырех исследованиях.



Цифры этой таблицы типичны для результатов такого рода сопоставлений. Отметим, что степени насыщенности соответствующей черты фактором никогда не совпадают полностью, однако их вариации имеют все-таки определенные границы, причем всегда можно обнаружить 2—3 исследования, в которых степени насыщенности очень близки. Из-за отсутствия критериев значимости насыщенности всегда остается сомнение в идентичности факторов, полученных в различных исследованиях.

Г. Другие процедуры

Можно упомянуть еще две стратегии факторных исследований. Гилфорд начал свои исследования в этой области с составления вопросника, основанного на различии между интровертами и экстравертами. Затем он подверг факторному анализу корреляции между 36 вопросами и выявил 4 фактора. В следующей серии эксприментов он попытался уточнить их природу, однако обнаружились новые факторы, о которых мы будем говорить позднее.

Айзенк (1947), в свою очередь, начал с очень обстоятельного изучения личности в целом, основываясь на материалах психиатрического обследования 700 солдат-невротиков. Часть этих данных касалась внешних фактов (возраст, профессия, занятость, семейное положение), но в основном они содержали описание психиатрических симптомов. Несмотря на то что соответствующие данные были достаточно подробно освещены, создаваемая в результате картина имела значительно меньше нюансов по сравнению с тем, что получал Кэттел с помощью своих 40 поверхностных черт. Значения интеркорреляции между 39 использованными переменными были в целом невелики, удалось выявить всего 4 фактора, 2 из которых — «невротизм» и «экстраверсия — интроверсия» — Айзенк решил сохранить как заслуживающие внимания.

Айзенк систематически пытался найти тесты, или, другими словами, поддающиеся измерению проявления личности, которые были бы сильно насыщены этими факторами. Не стремясь найти новые факторы, этот автор, напротив, пытался показать, что двух его факторов достаточно для того, чтобы принципиально объяснить структуру личности.

Выше мы ограничились беглыми набросками основных стратегий факторных исследований.

Однако сказанного нами достаточно для того, чтобы показать, что эти исследования не гарантируют быстрого получения надежных и согласующихся друг с другом результатов, поскольку последние зависят не только от исходных фактов, число которых стремится к бесконечности, но также и от направления исследований.

§ 2. Список факторов

Число факторов, полученных к настоящему времени различными последователями, очень велико. Еще в 1953 г. Френч подт считал, что в 109 работах было получено около 400 различных факторов, которые можно путем исключения синонимов свести к 200. Френч пошел еще дальше и, объединив ряд факторов, получил список из 48 явно отличающихся друг от друга факторов, которые встречаются по крайней мере в двух работах. Гилфорд (1959) перечислил 55 главных факторов, не учитывая те, что относятся к способностям, а Кэттел (1957) в своем «Universal Index of Source Traits», содержащем только те факторы, существование которых он считает достаточно надежно доказанным, упоминает 100 факторов, 17 из них относятся к способностям. Он считает этот список «несовершенным в том смысле, что, несмотря на то что каждый фактор определен и локализован посредством 2—6 соответствующих процедур» (т. е. посредством 2—6 переменных, служащих для идентификации фактора), интерпретация этих факторов посредством фиксации внешних проявлений и изучение их «естественной истории в целом не имеют места». Кроме того, он считает этот список неполным, потому что «с помощью фундаментальных экспериментальных исследований настойчивый ученый смог бы обнаружить, наверно, в два раза больше факторов» (Cattel, 1957).

Наличие такого значительного и даже несколько озадачивающего числа факторов можно объяснить несколькими причинами. Основными являются те, о которых мы уже говорили раньше: во-первых, определение факторов в значительной степени зависит от используемых в исследовании переменных и, во-вторых, идентификация факторов, полученных посредством различных переменных, является очень трудной задачей.

Чтобы составить общее представление о полученных факторах, следует разделить их на факторы темперамента и мотивационные факторы (гормические параметры, по Гилфорду, эрги и сен-тименты, по Кэттелу). Поскольку факторы Кэттела охватывают самую широкую область, лучше всего взять его список за основу, добавив к нему некоторое число наиболее характерных факторов других авторов. Единственная цель такого перечисления — дать читателю представление о фундаментальных чертах личности, выявляемых с помощью факторного анализа, поэтому совершенно не обязательно, чтобы это перечисление было исчерпывающим.

А. Факторы темперамента

Известно, что Гиппократ различал 4 темперамента, и это деление сохранилось до наших дней. Если мы сопоставим факторы, содержащиеся в приводимом ниже списке, с классическими категориями, то сразу же заметим, что эти факторы соответствуют более сложным видам поведения и предполагают такие нюансы, которые до сих пор игнорировались. К тому же Кэттел, говоря об этих факторах, называет их генерализованными чертами личности. Таким образом, мы вправе задать вопрос: а не изменилось ли полностью понятие темперамента? Тем не менее Гилфорд, как и Кэттел, полагает, что эти факторы относятся к способу выполнения действия и такое определение совпадает с распространенным представлением о темпераменте. Однако если в прежнем понимании этот термин относился почти исключительно к эмоциональному аспекту действия, динамике поведения или его стилю, то понятие фактор совершенно очевидно включает в себя и содержание действий.

В приводимом ниже списке мы приводим названия факторов, предложенные Кэттелом в его "Universal Index of Source Traits", добавляя к ним там, где это возможно, названия того же фактора, употреблявшиеся Френчем, или же другие термины, помогающие уточнить природу фактора. Необходимо подчеркнуть, однако, что фактор можно определить только с помощью тех переменных, которые им сильно насыщены, для этого недостаточно одного лишь наименования его. Наименование может указать только общий смысл фактора. В списке за наименованием фактора следуют буквы К, Ф, Г, указывающие, что этот или очень близкий к нему фактор упоминается Кэттелом, Френчем или Гилфордом. Индексы В и Б, стоящие в скобках после К, указывают, что этот фактор был обнаружен Кэттелом с помощью либо вопросников (В), либо биографий (Б).



Список неполон: в нем отсутствуют те из упоминаемых Гилфордом факторов, которые во многом совпадают с факторами Кэттела.

Б. Факторы второго порядка

Большинство обнаруженных факторов личности не являются независимыми, т. е., говоря языком математики, степени насыщения различными факторами коррелируют между собой. Таким образом, можно сделать вывод, что эти факторы детерминированы, в свою очередь, другими причинами, общими для некоторых из так называемых первичных факторов. Возникает необходимость снова прибегнуть к помощи факторного анализа, чтобы выявить эти еще более фундаментальные
факторы второго порядка. Кэттел подверг свои первичные факторы, обнаруженные в «фактах жизни» и в вопросниках, анализу второго порядка и получил следующие факторы:

Факторы второго порядка, по Кэттелу

  • Экстраверсия — интроверсия
  • Тревожность — интеграция, или приспособленность
  • Эмоциональная лабильность
  • Постоянный успех — зрелость через фрустрацию
  • Способность к конституциональной адаптации
  • Предрасположение к кататонии.


Хотя интерпретация этих факторов, по признанию самого Кэттела, еще весьма ненадежна, а их обозначения сомнительны, два обстоятельства заслуживают внимания: 1) выявленные факторы «экстраверсия — интроверсия» и «тревожность» уже фигурировали в качестве первичных факторов в объективных тестах. Это подтверждает гипотезу, что первичные факторы, полученные на основе анкет и вопросников, во многом определяются используемым словарем. Мы увидим, что эти два фактора играют важную роль в системе Айзенка: 2) можно провести параллель между первым, вторым и последним факторами и сангвиническим, меланхолическим и холерическим темпераментами. И хотя это соответствие не является бесспорным, важно, что в отношении факторов второго порядка его можно установить, тогда как в отношении первичных факторов, имеющих слишком специфическое содержание, не может быть и речи о таком соответствии. Все это вселяет некоторую надежду на то, что с помощью факторов второго порядка можно приблизиться к более фундаментальным факторам.

В. Мотивационные факторы

Сторонники применения факторного анализа считают, что благодаря ему можно открыть всю совокупность переменных, необходимых для описания индивидуальных различий, и, поскольку анализ в состоянии охватить все психические проявления, с его помощью можно выявить вообще все переменные. Из них необходимо выделить те, которые характеризуют мотивы, если только эти последние изменяются специфическим образом от одного индивида к другому, что ныне ни у кого не вызывает сомнения. Мы не собираемся сколько-нибудь подробно излагать проблему мотивации. Однако необходимо очень коротко остановиться на том, что говорят факторные исследования о природе и числе фундаментальных.побуждений. Известно, что по этому вопросу существуют самые различные точки зрения. Фрейд в результате психоаналитических наблюдений признавал существование двух фундаментальных побуждений: инстинкта жизни и инстинкта смерти — эроса и танатоса, все остальные потребности являются, с его точки зрения, производными этих двух побуждений. Мак-Дугалл насчитывает у человека 18 основных побудительных сил. Меррей составил список из 20 потребностей; столько же потребностей, носящих, правда, часто иные названия, содержится в списке Пьерона (1959). Мы вспомнили об этом только для того, чтобы показать степень разногласий, существующих по данному вопросу. Трудности, связанные с решением этой проблемы, будут сохраняться до тех пор, пока не будет установлен операциональный критерий существования определенного побуждения.

Факторный анализ является одним из методов решения этой проблемы, причем очень простым. Он предполагает изучение всех действий человека, всех преследуемых им целей и установление корреляций между ними. Действия и цели, между которыми существует связь, т. е. составляющие пару, зависят, видимо, от одних и тех же потребностей или побуждений. Таким образом, отталкиваясь от конкретных индивидуальных поступков, можно дойти до фундаментальных побуждений.

Между тем на практике реализация этого подхода требует гораздо больших усилий, чем это могло бы показаться с первого взгляда. Действительно, элементарное решение предполагает, что побуждение является единственной причиной образования связей между различными действиями. Однако, очевидно, и другие общие факторы, такие, как способности и темперамент, а также влияние среды, ответственны за корреляции между изучаемыми явлениями. Даже сами термины, используемые в вопросниках, списках предпочтений, оценочных шкалах и т.д., сама среда, в которой происходит сбор соответствующей информации, влияют на конечные результаты. И в этой области наиболее систематические исследования были осуществлены Кэттелом и Гилфордом; ниже мы приводим список факторов, предложенный Гилфордом.

Список мотивационных факторов, по Гилфорду
A. Факторы, соответствующие органическим потребностям:

1) голод (не обнаруживается в факторных исследованиях);
2) сексуальное побуждение (самца); 3) общая активность. Б. Потребности, относящиеся к условиям среды:
4) потребность в комфорте, приятном окружении; 5) педантичность (потребность в порядке, чистоте); 6) потребность в уважении к себе со стороны окружающих.
B. Потребности, связанные с работой:
7) общее честолюбие; 8) упорство; 9) выносливость. Г. Потребности, связанные с положением индивида: 10) потребность в свободе (нонконформизм); 11) независимость (selfreliance) в противоположность зависимости; 12) конформизм; 13) честность. Д. Социальные потребности:
14) потребность находиться среди людей; 15) потребность угождать; 16) потребность в дисциплине; 17) агрессивность. Е. Общие интересы:
18) потребность в риске или, напротив, в безопасности;
19) потребность в развлечении.
(Далее следуют различные интеллектуальные интересы и т. д.)


Некоторые термины из этого списка прекрасно иллюстрируют ту трудность, о которой мы говорили. Так, можно заметить, что такие факторы, как педантичность, выносливость, упорство и конформизм, приближаются к некоторым факторам, содержащимся в кэттеловском списке факторов темперамента.

Ограниченное число предлагаемых Кэттелом мотивационных факторов объясняется тем, что он исходил из списка отношений, построенного на основе некоторых предварительных гипотез. Кэттел сразу ввел разумное разграничение понятий «эрг» (нейтральный термин, призванный заменить термины «потребность» и «побудительная сила») и «чувство» («сентимент»). Эрг соответствует источнику отношения или интереса, чувство определяется желаемым объектом и в значительной мере зависит от социальных и культурных стереотипов. Одни и те же эрги можно обнаружить в самых различных популяциях, в то время как чувства варьируют от одной страны к другой. Эрги и чувства не являются совершенно независимыми друг от друга, между ними существует неоднозначная связь, иллюстрацией которой служит следующая схема: чувства (сентименты); отношения (аттитюды); побуждения (эрги).

Такой тип связи позволяет Кэттелу указать 7 «побудительных структур», связанных с 5 чувствами.

Мотивационные факторы, по Кэттелу. Список «эргов»

  1. Половой (SEX) эрг (Г 2, П 13).
  2. Стадный инстинкт (Г 14, П 20).
  3. Потребность опекать (Г 15, П 14).
  4. Потребность в исследовательской деятельности, любознательность (П 12).
  5. Потребность в безопасности (Г 18, П 16).
  6. Потребность в самоутверждении, в признании (Г 6 и 7, П 15).
  7. Нарциссическая потребность (потребность в удовольствии, противостоящая «сверх-Я») (Г 4? П 17).
    Цифры в скобках соответствуют порядковым номерам этих факторов в списках Гилфорда и Пъерона (1959). Список чувств (сентиментов)
  8. Чувства к профессии (исследования проводились только в области авиации ).
  9. Спорт и игра (Г 19).
  10. Религиозные чувства (в конечном счете эрг может быть подвластным высшим силам).
  11. Технические и материальные интересы (в конечном счете конструктивный эрг).
  12. Самоощущение (self-sentiment) (чувство, значение которого еще недостаточно сформулировано).


Все факторы-эрги Кэттела присутствуют и в списке Гилфорда (например, потребность в исследовательской деятельности и любознательность содержатся в различных факторах интересов); они соответствуют также побуждениям, выделенным Мак-Дугаллом и Пьероном. Такое совпадение позволяет нам считать их научно установленными фактами; что касается остальных побуждений, перечисленных этими авторами, то подтверждение их зависит от будущих факторных исследований.

Г. Параметры личности, по Айзенку

Наш обзор результатов факторного анализа, возможно, разочаровал тех, кто рассчитывал с помощью этого метода открыть относительно малую совокупность факторов, позволяющих однозначно описать структуру личности. Небезынтересно поэтому отметить, что, применяя этот же самый метод, правда несколько в ином плане, Айзенк пришел к выводам, которые могут показаться на первый взгляд совершенно другими и более простыми.

Мы уже говорили, что Айзенк (1947) начал свои исследования с того, что проанализировал материалы обследования 700 солдат-невротиков. Он обнаружил два главных фактора: невротизм и экстраверсия — интроверсия. С тех пор ему и его сотрудникам удалось показать в результате многочисленных исследований и анализа большого количества работ других авторов, что эти два фактора являются фундаментальными параметрами структуры личности.

Фактор «невротизм» представляет собой параметр, в соответствии с которым всех индивидов можно расположить в ряд, «на одном полюсе которого находится тип личности, характеризующийся чрезвычайной устойчивостью, зрелостью и прекрасной адаптированностью, а на другом — чрезвычайно нервозный, неустойчивый и плохо адаптированный тип; нормальные люди располагаются в интервале между этими типами».

Фактор «экстраверсия — интроверсия» биполярен; для него характерна высокая степень положительного насыщения в случае экстравертов и высокая степень отрицательного насыщения в случае типичных интровертов. Следующие вопросы, извлеченные из вопросника, составленного Айзенком (1959), раскрывают смысл этих терминов.

Вопросы Айзенка, определяющие факторы «невротизм» и «экстраверсия — интроверсия»

1. «Невротизм»
а) Случается ли так, что Вы чувствуете себя счастливым или
несчастным без всяких видимых причин?
б) Свойственны ли Вам колебания настроения от плохого к
хорошему, не имеющие очевидной причины?
в) Часто ли Вы бываете в плохом настроении?
г) Бывает ли, что мысль все. время ускользает от Вас, несмотря
на все Ваши попытки сосредоточиться?
д) Часто ли бывает так, что Вы отсутствуете, в то время как
все полагают, что Вы принимаете участие в разговоре?
е) Чувствуете ли Вы себя временами полным энергии, а порой
вялым, пассивным?
2. «Экстраверсия».
ж) Предпочитаете ли Вы немедленную деятельность предвари-
тельному планированию действий?
з) Чувствуете ли Вы себя счастливым, когда заняты делом, тре-
бующим от Вас немедленных действий?
и) Принадлежит ли, как правило, Вам инициатива при завязы-
вании новых знакомств?
к) Склонны ли Вы действовать быстро и решительно? л) Считаете ли Вы себя пылким человеком?
м) Почувствовали бы Вы себя очень несчастным, если бы оказались не в состоянии иметь многочисленные социальные контакты?


Утвердительные ответы соответствуют в первом случае невротизму и эктраверсии — во втором.

Многочисленные признаки, выявленные большей частью экспериментально, на основании которых можно различать экстравертов и интровертов, были объединены Айзенком (1960) в таблицу, отрывок из которой мы приводим ниже.

Вот уже несколько лет Айзенк пытается определить физиологическую основу этих параметров, особенно «экстраверсии — интроверсии». Основываясь на гипотезе Павлова, он постулирует, что экстравертированное поведение определяется возникновением сильных тормозных потенциалов и слабых потенциалов возбуждения, в то время как поведение интровертов есть результат слабости тормозных потенциалов и силы потенциалов возбуждения3. Опыты Фрэнкса (1956) подтвердили эту гипотезу.



В свою очередь, Кэттел в опытах с применением тестов так же определил фактор «невротизм», а в результате анализа второго порядка обнаружил и фактор «экстраверсия — интроверсия». Таким образом, между результатами, полученными основными исследователями этой проблемы, нет никакого противоречия (Гилфорд, кстати говоря, также выявил факторы, напоминающие факторы Айзенка), а расхождение в числе факторов является следствием различия преследуемых целей. Айзенк стремится определить самые основные параметры и пренебрегает, по крайней мере в настоящее время, другими возможными индивидуальными различиями. Кэттел и Гилфорд стремятся выяснить одинаковые элементы в поведении индивидов, с тем чтобы перейти постепенно к параметрам более общего характера. То, что оба пути приводят в конечном счете к одинаковым результатам, по крайней мере частично, только подчеркивает их важность.

§ 3. ОЦЕНКА РЕЗУЛЬТАТОВ, ПОЛУЧЕННЫХ С ПОМОЩЬЮ ФАКТОРНОГО АНАЛИЗА

В заключение этого пространного, хотя и неполного изложения главных результатов, полученных благодаря применению факторного анализа, мы попытаемся оценить их важность для психологии личности. Прежде всего мы определим психологическое значение факторов, чтобы избежать возможных недоразумений, после чего обратимся к рассмотрению основной концепции структуры личности, как она предстает перед нами в результате всех этих исследований. \

А. Психологическое значение факторов

Во-первых, мы должны сказать, что факторы нельзя интерпретировать ни как первичные черты в определенном выше смысле, ни как генерализованные реакции, несмотря на их обозначения, которые часто наводят на мысль о первичных чертах. Фактор — это переменная, или параметр, определяемый посредством тех явлений, которые им сильно насыщены.

Чтобы проиллюстрировать это утверждение, приведем пример: при анализе «фактов жизни» Кэттел обнаружил фактор, или «первичную черту», которую он обозначил термином «циклотимия» в противоположность «шизотимии» и которой в наибольшей степени насыщены следующие поверхностные черты:

Добродушие, покладистость (easygoing) — обструкционизм, сварливость.
Адаптируемость — негибкость, «ригидность».
Теплота, внимание к людям — холодность, безразличие.
ЧистосерДечие, невозмутимость — молчаливость, скрытность, тревожность.
Эмоциональность, экспрессивность — сдержанность.
Доверчивость, легковерие — подозрительность
и т. д.

Следует напомнить, что термины, с помощью которых определяются факторы, могут быть по-разному интерпретированы в зависимости от наблюдаемых фактов. Существуют два практически часто трудноразличимых способа интерпретации факторов одного и того же списка. Первый состоит в отыскании своего рода общего знаменателя, другими словами, типа личности, обладающего всеми или по крайней мере большинством перечисленных качеств. Второй, более соответствующий духу факторного анализа, заключается в отыскании общего источника этих различных качеств. Непосредственной целью факторного анализа является фактически объединение с помощью объективных критериев черт, которые должны иметь единый источник, однако определение такого источника возможно только с помощью весьма сложной интерпретации и будет носить временно гипотетический характер. Такая интерпретация является слабым местом факторного анализа, и каждый фактор для своего окончательного определения требует многочисленных дополнительных исследований. Небезынтересно отметить, что интерпретация факторов второго порядка, как правило, имеет более понятный характер, поскольку в этом случае исследователь может уже основываться на теоретических концепциях, тогда как первичные факторы выводятся из конкретных и, стало быть, неточных психологических фактов.

Таким образом, очевидно, что результаты факторного анализа, о которых мы говорили, должны рассматриваться как предварительные, а согласование между собой большинства предлагаемых интерпретаций является чрезвычайно трудным делом. Несмотря на все эти оговорки, делающие излишним детальное обсуждение каждого фактора, из совокупности фактов и особенно из системы Кэттела вырисовываются некоторые главные линии, указывающие на происхождение факторов.

а) Факторы конституциональные. Хотя прежде принято было считать, что основные компоненты личности имеют наследственное происхождение, влияние бихевиоризма и психоанализа радикально изменило существовавшие на этот счет взгляды. В настоящее время доминирует тенденция пренебрегать конституциональными факторами. Процесс формирования личности рассматривается сейчас в основном в плане научения, понимаемого в самом широком смысле слова. Некоторые из упоминавшихся нами факторов являются конституциональными. Таков, например, фактор
«циклотимия — шизотимия», который, согласно Айзенку и Кэттелу, «служит характеристикой темперамента во всех его динамических проявлениях» (Cattel, 1957, с. 98). Или фактор «пармия» (общительность), который Кэттел определяет как «динамическую конституциональную черту» (1957, с. 129).

Некоторые факторы темперамента («возбудимость», «господство», «рафинированность», например) имеют, согласно Кэттелу, наряду с наследственным компонентом еще и компонент, связанный с условиями развития.

б) Факторы, определяемые средой. На некоторые факторы, относящиеся к сфере чувств, по Кэттелу, или к сфере потребностей, по Гилфорду, преобладающее влияние оказывает среда. Эти факторы свидетельствуют о важности научения, или формирования навыков, в процессе развития личности. Речь в данном случае идет о факторах, имеющих непосредственное отношение к интериоризации культурных ценностей и к имитации способов действия. Результаты факторных исследований показывают, что, вероятно, все конкретные формы поведения, привычки и потребности имеют именно такое происхождение. Однако по-прежнему остается открытым вопрос, не определяется ли выбор усваиваемых культурных ценностей фундаментальными и конституциональными факторами. Возможно также, что поступки, которыми определяется какой-либо из обусловленных средой факторов, имеют в своей основе другие факторы темперамента или способностей и, таким образом, могут быть выявлены только посредством некоторой комбинации этих факторов. Опыт и культурная среда определяют лишь внешнюю сторону поведения.

в) Структурные факторы. Обозначенные таким образом факторы также обязаны своим происхождением, согласно интерпретации Кэттела, воздействию среды, хотя и довольно своеобразному. Речь в данном случае идет не о простой ассимиляции окружающего мира, а, скорее, об аккомодации, если воспользоваться языком Пиаже. В процессе аккомодации формируются определенные структуры, или схемы, действия. Фактор «сила Я», например, зависит, по Кэттелу, «главным образом, но не целиком от жизненного опыта индивида, благоприятной атмосферы в семье, положения в ней индивида и отсутствия травмирующих обстоятельств» (1957). В случае других факторов, не связанных непосредственно с психоаналитическими инстанциями, можно также обнаружить, по мнению Кэттела, аналогичное воздействие среды на индивида. Так, например, фактор «surgency — desurgency* (динамизм) зависит, вероятно, от прошлых наказаний и лишений. Фактор второго порядка «аффективная неустойчивость» интерпретируется как следствие «слишком снисходительного или слишком щадящего семейного окружения» (1957), а фактор «постоянный успех» является, по-видимому, результатом слишком легких и непрерывных успехов, обусловленных либо особыми дарованиями, либо удачным началом.

Несмотря на всю гипотетичность таких интерпретаций, интересно отметить, что некоторые сочетания результатов или первичных факторов нельзя понять, не обращаясь к динамическим процессам взаимодействия между индивидом и средой. Однако и в этом случае следует выяснить, не приводят ли одинаковые условия развития к различным результатам в зависимости от того или иного фактора, и в особенности от факторов темперамента. В отношении некоторых факторов
Кэттел смог показать такую зависимость.

Среди факторов второго порядка в вопросниках и списках имеется один, который, видимо, нельзя отнести ни к одной из трех указанных категорий. Как утверждает Кэттел, фактор «тревожность — интеграция, или приспособленность» — относится «главным образом к степени интеграции личности в целом в ощущении Я посредством силы Я. Нас интересуют не частности этой сложной интерпретации, а тот факт, что в данном случае речь идет не о влиянии наследственности и не о влиянии среды, а о принципе внутренней организации. Фактор, который здесь имеется в виду, соотносится не столько с последней, сколько с ее эффектом: тревожностью, или, напротив, интеграцией; таким образом, возникает по крайней мере гипотеза о существовании тенденции к интеграции, тенденции, которая, между прочим, предусматривалась такими исследователями, как Гольдштейн (1934) и Роджерс (1951), и которая присутствует в юнговском понятии индивидуализации.

Б. Система факторов

Три автора, которым мы больше всего обязаны нашими знаниями в этой области и результаты которых мы уже изложили, согласны с тем, что вся совокупность рассмотренных ими фактов может быть представлена в виде иерархической системы. Согласно Айзенку (1960) и Гилфорду (1959), эту систему можно представить в виде следующей диаграммы (рис. 1).



Если мы заменим термины «тип» и «черта» на факторы первого и второго порядка, то получим схему, в точности соответствующую результатам Кэттела, причем данные его последних исследований, по-видимому, указывают на то, что иерархия не завершается вторичными факторами и что мы вправе ожидать открытия по меньшей мере факторов третьего порядка. Диаграмма, естественно, является лишь упрощенной схемой реальности. Уточнение, которое следует в нее внести, состоит в том, что каждая точка того или иного уровня может быть связана с несколькими точками более высокого уровня, поскольку в целом черты или факторы низших порядков насыщены одновременно различными факторами.

Что же означает эта схема? Прежде всего это классификация черт или факторов по степени их генерализованности (факторный анализ, как мы уже видели, является процедурой классификации, аналогичной системам в ботанике и зоологии). Айзенк и Гилфорд полагают, что такая классификация черт (или поступков) отражает иерархическую организацию личности. Таким образом, как показал Гилфорд, можно двояко интерпретировать эту диаграмму. В описательном плане можно начинать с самого низкого уровня и рассматривать каждую черту более высокого порядка как комбинацию подчиненных ей черт. В этом случае иерархия будет означать всего лишь, что существуют описательные в буквальном смысле этого слова и отличающиеся по степени общности черты. Если же, напротив, относиться к схеме как к средству объяснения и видеть в ней отражение внутренней структуры личности, тогда следует начинать с самого высокого уровня и каждое явление низшего уровня считать детерминированными факторами более высокого уровня, причем эти факторы, как правило, рассматриваются именно в таком объяснительном плане.

Хотя в свете наших современных знаний такой иерархический порядок может показаться возможным и даже вполне удовлетворительным, нельзя относиться к нему как к научно установленному факту. Возможно, что он является всего-навсего лишь результатом применяемых методов исследования, которые должны непременно опираться на конкретные данные, чтобы постепенно, этап за этапом, приблизиться к окончательным факторам. Не исключено, что все промежуточные факторы суть лишь предварительные теоретические конструкции.

Теоретически в настоящее время возможны три факторные модели структуры личности.

1. Иерархическая модель, которая по аналогии с теоретической моделью интеллектуальных способностей Спирмена в своей наиболее простой форме состоит из одного или нескольких (см. работы Айзенка) общих факторов, групповых факторов различной степени общности, соответствующих промежуточным уровням нашей диаграммы, и специальных факторов.

2. Мультифакторная модель, аналогичная той, которую предложил Терстон применительно к умственным способностям. В соответствии с этой моделью поведение или первичные черты детерминированы, по-видимому, комбинацией различных факторов, которые, естественно, отличаются друг от друга как диапазоном действия, так и степенью влияния. Индивидуальная структура в этом случае определяется конкретным сочетанием этих факторов. В свете современных представлений эта модель едва ли верна.

3. Факторы различных видов, выделенные нами в пунктах а), б) и в), указывают на существование третьей модели, предполагающей помимо определенного числа общих факторов (факторов темперамента и факторов общих способностей) еще и факторы, которые мы назвали структурными.




Описание Как только получил общее признание тот факт, что наблюдаемые черты не соответствуют отдельным психологическим сущностям, а являются лишь аспектами личности или поведения, сразу же возникла необходимость выявить фундаментальные переменные, стоящие за этими чертами. [Психология индивидуальных различий. / Под ред. Ю.Б. Гиппенрейтер, В.Я. Романова. М., 2000. С. 215-232]
Вложенные файлы
  • mieli_0002.jpg
  • mieli_0002.jpg
  • mieli_0001.jpg
  • mieli_0004.jpg
  • mieli_0003.jpg
Рейтинг
0/5 на основе 0 голосов. Медианный рейтинг 0.
Теги , , , , ,
Просмотры 9816 просмотров. В среднем 4 просмотров в день.
Похожие статьи